|
МИТРОПОЛИТ
Бишкекский и Среднеазиатский
ВЛАДИМИР
(Биографический очерк)
ПЕРВЫЕ ГОДЫ
1 февраля 1940 года в селе Ново-Варзарешты Каларашского района Молдовы, в благочестивой крестьянской семье родился Василий Захарович Иким - будущий митрополит Ташкентский и Среднеазиатский Владимир.
Родители его, Захария Васильевич и Мария Степановна, какие бы заботы и трудности их не обременяли - неопустительно посещали все праздничные и воскресные богослужения и всегда, с самого младенчества брали с собою в храм и своих детей. Не отменяемо было в семье и ежедневное утреннее и вечернее общее чтение молитвенного правила перед домашними иконами: святых образов в доме находилось немало.
Незадолго до рождения Василия Мария Степановна увидела сон: будто у её сына самая прекрасная на свете невеста. Ныне митрополит Владимир говорит: "Да, у меня самая прекрасная на свете невеста - Церковь".
Сороковые годы были для Молдавии временем грозным и страшным. Приход советской власти для зажиточных крестьян стал началом гонений. Дед Василия, Степан Иванович, был очень богат: имел 15000 гектаров земли. И конечно, не миновать бы его семье репрессий и раскулачивания, не успей он еще до прихода коммунистов, продать свои земельные угодья и заняться тихим пчеловодством.
Не миновала семью и другая беда - немецкая оккупация. В доме Икимов, вошедшие в село войска, устроили свой штаб.
Немцам понравился маленький Василий, они забавлялись с ним, кормили его. Мать даже стала бояться, что они увезут ее сынишку в Германию. Но - Бог миловал... Немцы, похоже, охладели к нему. Особенно после того, как в дни Великого Поста, когда они стали угощать его хлебом с маслом, - Василий есть отказался, заявив, что надо поститься, иначе Бог накажет. Ребенка они не взяли, но отступая, в саду Икимов, там где Василий очень любил играть, установили несколько мин...
ГИБЕЛЬ ОТЦА
Об отце у Василия сохранились лишь смутные воспоминания. Он был еще очень мал, когда Захария Васильевич ушел на фронт воевать с гитлеровцами. А когда вернулся - живым и с победой - побыть им вместе почти не удалось. Смерть обошедшая его на фронте, догнала уже здесь, дома, когда Захария Васильевич вошел в свой сад, где стояли, прождавшие его всю войну, грушевые деревья...
ТРУДНЫЕ ГОДЫ В ПОСЛЕВОЕННОЙ МОЛДАВИИ
В послевоенной Молдавии свирепствовал голод, бушевала эпидемия тифа. Мария Степановна осталась одна, с двумя маленькими детьми на руках: сына она уберегла, но дочь - не смогла, Василий запомнил, как собирал в огороде перец и носил его бабушке, и взамен получал немного меду - для больной тифом сестры. Мед не помог, сестренка умерла.
В 1947 году Мария Степановна вторично вышла замуж. Отчим Василия Лазарь Степанович Додон, человек благочестивый, считал вступление в колхоз делом богопротивным; опасное по тем временам положение единоличника, а также и то, что Лазарь Степанович происходил из крестьян зажиточных, привело к преследованию семьи. В 1948 году не один раз в двери их дома по ночам стучались вооруженные люди, - "кулаков" следовало выслать в Сибирь. Однако Лазарю Степановичу каждый раз каким-то образом заранее удавалось узнавать о таких посещениях, - и семья уходила ночевать в огороды. Высылки удалось избежать, однако от ожесточенных поборов, которым подвергались единоличники, было не уберечься, - после визита сборщиков налогов дом оказался совершенно пуст: ни горстки муки, ни крошки хлеба. Чтобы не умереть с голода, работать в семье должны были все. Крестьянская страда начиналась в три часа ночи, а заканчивалась поздним вечером. И Василий с детства пахал, ухаживал за скотом, трудился на винограднике, в летнее время нанимался пасти скот односельчан: будущий архипастырь словесных овец в детстве был простым пастухом.
В СТЕНАХ МОНАСТЫРЯ
В тогдашней Молдавии имелось 28 монастырей, и при малейшей возможности Мария Степановна вместе с сыном отправлялась на богомолье в одну из этих святых обителей. Излюбленными местами ее паломничеств были женская обитель Рэчула и мужской монастырь Киприян. В стенах Киприяна она нередко оставляла Василия на одну-две недели. Ему очень нравились торжественные монастырские Богослужения, стройное пение иноков, ласковые поучения, с которыми обращались к мальчику взрослые монахи. Эти детские впечатления с новою силой пробудятся в нем, много позже, когда у него самого созреет решение принять иноческий постриг.
Главной радостью для Василия стало и посещение храма во имя Чуда Архистратига Михаила в Хонех.
Христианскую обязанность: молится в храме по воскресениям и церковным праздникам - семья выполняла неукоснительно. Священническое служение нравилось ребенку. Запомнив ектеньи наизусть, он и дома, одевшись в какую-нибудь одежду, казавшуюся ему похожей на облачение священника, читал их себе самому и кадил при помощи кадильницы собственного изобретения, устроенной из консервной банки. Положив в нее зерна ладана, он вполне по-настоящему разжигал угли.
Однако всерьез думать о пастырском поприще Василию было боязно. В его доме была картина, изображающая Страшный Суд Господень: в числе первых грешников, падавших в адскую бездну, там было изображено нерадивое духовенство. Василий по-детски рассудил так: если уж придется попасть в ад, то лучше - не в первых рядах, а где-нибудь посередке, среди простого народа.
О его будущем Божий Промысел решил иначе. Однако детское впечатление митрополит Владимир всегда хранил в своей памяти как предостережение, указывающее на особую ответственность священнослужителей перед Всевышним Судией.
СВЕТСКИЕ МЕЧТАНИЯ, БЛАГОЧЕСТИВАЯ ЖИЗНЬ
И КРИТИКА В СТЕНГАЗЕТАХ
В 1947 году Василий поступил в школу-семилетку в родном селе. Но учился, пропуская целые годы, надо было зарабатывать на хлеб. Только в 1955-м году окончил ее и начал ходить в соседнее село Петушка, там тогда была полная средняя школа.
Позже митрополит Владимир скажет: "В школе я учился средне, в семинарии - хорошо, в Академии - отлично".
В девятом классе у него появилась подростковая мечта - стать летчиком. Начал готовиться к поступлению в военное летное училище, собрал документы, прошел медкомиссию (в числе двух из пяти приехавших в это училище юношей-односельчан).
Но мечта о самолетах не заставила Василия отказаться от посещения храма, участия в благочестивых обрядах. В церковной жизни села он был очень заметной фигурой, особенно при совершении венчаний, на которых он еще с мальчишества являлся "старшим шафером": то шествовал с иконой впереди свадебных процессий, то верхом на коне, держа в руках калач, громко декламировал духовный стих о Священной Истории - от сотворения мира до наших дней; то, когда молодожены становились на колени перед святыми образами, - читал молитву на благословение брака, которая с древних времен читается в Православной Молдавии.
Разумеется, такая его деятельность не могла быть не замечена "воинствующими атеистами". В школьной стенгазете постоянно появлялись под злыми карикатурами на Василия ругательные надписи. Но такая хула не подавляла, а лишь воодушевляла юношу на еще большее усердие в молитве, и на еще более частые посещение храма. Храм его спас от вступления в пионеры и комсомол.
С тех пор, как мать Василия узнала, что он собирается стать летчиком, - глядя на него, она часто плакала: "Ты у меня единственный сын, самолеты часто падают, если разобьешься, с кем я останусь?". И Василий пожалел ее, пообещав что пойдет учиться в семинарию.
ДОКУМЕНТЫ ДЛЯ СЕМИНАРИИ.
ТРУДНОСТИ ПОСТУПЛЕНИЯ.
Когда стало известно, что он снова собирал документы, но на этот раз для поступления в Одесскую духовную семинарию, куда и отвез, в село стали приезжать агитаторы.
"Ты же хотел быть военным пилотом, к чему тебе эта семинарская затея" - нажимали на него комсомольские активисты и секретари райкома партии. Отделаться от непрошеных советчиков, можно было лишь хитростью. И Василий пошел на нее: для поступления в летное училище документы он отдал председателю поссовета, объяснив, что это те самые бумаги из Семинарии, и которые он забрал по общему настоянию.
Председатель торжественно спрятал их в сейф, щелкнув ключом, и заявил: "Ну, а теперь отправляйся куда хочешь!".
Построенное на обмане государство, само то и дело толкало на обман.
Агитаторов теперь стало меньше, хотя все-таки они еще его навещали. Но он бегал от них продолжая, тем временем, усердно готовиться к экзаменам в семинарию. Оставалась еще одна трудность, почти крепостная, - паспорт. Крестьянам их тогда не выдавали. Пришлось вербоваться на целину и, получив таким образом документы, наконец-то отправиться в Одессу.
Конкурс поступающих в Одесскую духовную семинарию в 1958 году был очень большой: более трехсот абитуриентов на сорок мест. По конкурсу Василий не прошел: помешало недостаточное знание русского языка. Но неуспех на экзаменах и возвращение домой совсем его не расстроили, он был уверен, что в семинарии учиться будет.
Той же осенью какой-то внутренний голос подсказал ему, - надо ехать в Одессу... Здесь выяснилось, что пять человек из поступивших в семинарию были отчислены по разным причинам, и Василия, произведшего на преподавателей благоприятное впечатление, приняли в число учащихся.
<<< часть 1 |
часть 2 |
часть 3 >>>
|
|
